07 марта 2017
История современности

«А большего не желаю…»

Чем первый президент США для «матери-истории ценен» (Часть 2).
В Семилетней войне коалиция во главе с Великобританией победила, но для колоний это обернулось введением новых налогов, что в свою очередь привело к американской революции. Так Джордж Вашингтон невольно выступил в роли того камешка, который увлёк за собой лавину.
Парадоксально, но не очень успешные действия в войне с французами (четыре рейда с его участием на форт Дюкен закончились неудачно) не подорвали авторитет будущего президента. Ответственность за провалы легла на командовавших экспедициями британских офицеров, а он вроде как держался молодцом. По крайней мере, так считали в колониях.
Поэтому, когда летом 1775-го Континентальный конгресс решал, кого поставить во главе только что созданной американской армии, Вашингтон показался наиболее удачной кандидатурой.

Получив новое назначение, к которому прилагались генеральские эполеты, новоиспечённый главнокомандующий произнес короткую речь. Оговорившись, что не считает себя достойным столь высокой должности, он сообщил главное: «Что же касается оплаты, хочу заверить Конгресс, что никакие денежные соображения не заставили бы меня взвалить столь тяжелую ношу… а посему я не намерен извлекать из неё никакой выгоды. Я буду вести точный учёт своим расходам, которые, я не сомневаюсь, будут мне возмещены, а большего не желаю…»
Эти слова стали целительным бальзамом для «отцов-основателей», которые затеяли возню с независимостью во многом ради умножения собственного благосостояния. Человека, который будет их спасать, а в случае неудачи ответит за всё, они нашли; теперь можно было спокойно заняться бизнесом.
Командуя Континентальной армией, Вашингтон не проявил себя выдающимся полководцем, потерпев ряд чувствительных поражений – на Лонг-Айленде, Гарлемских высотах, под Филадельфией и при Джермантауне. Он неверно оценивал обстановку и силы противника, неуклюже маневрировал, ошибался с выбором позиции, неудачно располагал войска, забывая прикрывать угрожаемые направления…
Однако альтернативы Вашингтону не было, серьёзных претендентов на его место не наблюдалось. Отсутствие военных талантов главнокомандующий компенсировал выдающимися организаторскими способностями и готовностью разделить с подчиненными тяготы и лишения. Он не требовал для себя особых условий, был неприхотлив в быту и постоянно находился с войсками, своим примером вселяя уверенность в солдат.
Несмотря на военные неудачи, Вашингтон сумел сохранить армию, не позволив ей разбежаться, а умело шантажируя конгресс, депутаты которого видели в главкоме единственное препятствие, отделяющее их от виселицы, заставлял «отцов-основателей» присылать пополнения, оружие, порох и деньги для солдат (воевать просто за идею американцы уже тогда были не готовы). Плюс ему удалось собрать вокруг себя толковых штабных работников и командиров, среди которых выделялись «иностранные специалисты» – маркиз Лафайет и барон фон Штойбен (кстати, коллеги Вашингтона по масонскому братству).
В итоге ситуация постепенно выправлялась, Континентальная армия, набивая шишки, постепенно училась воевать и превращалась из сборища разрозненных отрядов во вполне дееспособную силу. Колоссальный пропагандистский эффект имели победа над отрядом гессенских наемников у Трентона и последовавший вслед за этим разгром авангарда британцев под Принстоном. Не оказав серьёзного влияния на общий ход войны, эти локальные успехи укрепили авторитет главнокомандующего, подняли моральный дух армии и способствовали притоку в её ряды новых добровольцев.
В общем, благодаря усилиям Вашингтона, американцы выстояли в тяжелейших кампаниях 1776-1778 годов, а когда наконец-то раскачались союзники-французы, приславшие в помощь восставшим колониям корпус графа Рошамбо и флот, исход войны был предрешён.
В победной эйфории американские офицеры, которым надоело всецело зависеть от «тыловых крыс» из Филадельфии, предложили Вашингтону возглавить переворот и стать диктатором, но тот отказался, заявив, что «армии не фиг соваться в политику», после чего подал в отставку. Это было дальновидное решение.
Когда после нескольких лет реальной независимости, «отцы-основатели» сообразили, что коллегиальное руководство ведёт к углублению хаоса и безответственности, на вновь придуманную должность президента не нашлось лучшей кандидатуры, чем прославленный генерал Вашингтон. Он до сих пор остается единственным главой США, за избрание которого коллегия выборщиков проголосовала в полном составе.
В то время дела у бывшего главкома, занимавшегося после отставки фермерством, шли не очень. Разорённое за годы войны хозяйство дохода не давало, и к моменту избрания на высший пост он еле-еле сводил концы с концами. Дошло до того, что для поездки на собственную инаугурацию президенту пришлось занимать пятьсот фунтов у соседа. 
Поскольку дело это было новое, а чёткой регламентации полномочий президента не существовало, Вашингтон, несмотря на проблемы со здоровьем, деятельно включился в работу по созданию новой властной институции. Дабы подчеркнуть демократичный характер своей должности, он с ходу отверг придуманную лизоблюдом Адамсом формулу обращения «Его высочество президент Соединенных Штатов и защитник их свобод», ограничившись простым «господин президент».
Своей главной задачей на новом посту Вашингтон определил обеспечение единства нации. И это была отнюдь не фигура речи, поскольку к тому времени бывшие «сыны свободы», которых в годы революции объединяло стремление к независимости и ненависть к англичанам, разругались между собой и раскололись на федералистов-северян, ратовавших за сильную центральную власть, и республиканцев, по большей части южан, выступавших за децентрализацию во избежание установления новой монархии. Вашингтону, избегавшему крайностей, пришлось стать арбитром между ними и постоянно искать компромиссные решения, из-за чего он подвергался нападкам с обеих сторон.    
Ещё одной серьёзной проблемой стало формирование правительства. Оказалось, что американские политики особо не рвались занять министерские должности – ответственность большая, а оклады не очень (три с половиной тысячи долларов в год). Проблем у только что образованной республики было выше крыши: федеральная казна пуста, долгов немеряно, курс национальной валюты крайне низок (по выражению самого Вашингтона, в те годы за телегу американских денег можно было купить телегу сена), армию распустили, а на набор и содержание новой нет средств, индейцы шалят, народ ропщет.
Опять же, отсутствие мирного договора с бывшей метрополией делало весьма вероятным возобновление войны с Англией, которая так и не вывела полностью войска из фортов на Великих озёрах, а на помощь Франции, где началась собственная революция, рассчитывать не приходилось. Большинству «отцов-основателей» перспектива разгребать всё это дерьмо совершенно не улыбалась, и они предпочитали реальной работе по обустройству государства разглагольствования в конгрессе и реализацию собственных бизнес-проектов.
В этих условиях, получив несколько обидных отказов от тех, кого считал друзьями, президенту кое-как удалось сформировать администрацию. В неё вошли федералист Гамильтон (глава минфина) и республиканец Джефферсон (госсекретарь), которые тут же начали враждовать, активно используя для разборок прессу. Вашингтон все время был вынужден выступать арбитром между своими министрами и их партиями. Это было делом очень нелегким.
Кроме того, за время президентства Вашингтону неоднократно приходилось разбираться с народными волнениями, спровоцированными непопулярными шагами правительства, самым крупным из которых стало т.н. «восстание виски», для подавления которого пришлось привлекать войска. Президент постоянно становился мишенью для обидных карикатур и критических памфлетов, но предпочитал сдерживать эмоции. Его самым мощным оружием в споре с оппонентами было многозначительное молчание, искусству которого следовало бы поучиться нынешнему хозяину Белого дома.
Из-за всех треволнений и без того шатавшееся здоровье Вашингтона было окончательно подорвано. Он перенёс операцию по удалению опухоли на бедре, едва не умер от плеврита, почти потерял слух, а за год до истечения второго президентского срока лишился последнего зуба. Поэтому не удивительно, что Вашингтон категорически отказался идти на третий заход. С тех пор ограничение президентских полномочий двумя сроками стало неписаной нормой в США (законодательно её закрепили только через полтора века, после смерти Франклина Рузвельта). Ещё одной заложенной Вашингтоном традицией стали ежегодные президентские послания конгрессу.
В американской истории первый президент остался примером неподкупности, кристальной честности и верности долгу, получив массу заслуженных комплементарных оценок своей деятельности (правда, в основном посмертно).
В целом, Вашингтону удалось без больших издержек решить главную задачу – не допустить развала только созданного государства и сделать первый шаг к объединению разноязыких жителей бывших британских колоний в одну американскую нацию. Важным условием процветания США первый президент считал невмешательство в дела других стран. К сожалению, его последователи на этот, наверное, самый важный завет «Отца Отечества» давно плюнули. А зря.   
                 
Максим Корнилов

Добавление комментариев:
Имя
Текст
Ввведите ответ на контрольный вопрос в синем поле:
Какой сейчас год по календарю?
Читайте в рубрике
Почему Си Цзиньпин не хочет покидать политическую сцену (Часть 1).
читать далее >>
22 ноября 2017
Веками разбираться с собственным прошлым – наша традиция.
читать далее >>
15 ноября 2017
История политических гастарбайтеров на Украине.
читать далее >>
08 ноября 2017
Недо-вольная Каталония и «невидимая рука рынка».
читать далее >>
03 ноября 2017