Выборы – категория мутная (Часть 2)

В общей благостной картине случаются, конечно, и казусы. Например, когда страна остается без правительства, как это имеет место в Бельгии. И что? Поезда и автобусы ходят, свет и газ подают. В чём же дело? А в том, что во всех странах, на которые нам с недавних пор велено равняться, существует институт генерального секретаря министерства, который и руководит работой своего ведомства. И является он отнюдь не выборным лицом, а назначенцем. Оттого-то и может без ущерба для дела возглавлять военное ведомство в Германии женщина-гинеколог. Министр – пост политический, для работы с прессой и общественностью.

Генеральный секретарь – управленец-профессионал, служащий вне зависимости от того, какая партия победила на выборах, и какой на дворе министр. Пусть хоть бывший клоун.
А что же есть в таком случае премьер-министр? Например, в Англии это своего рода назначенец. Петрушка, по большому счёту, на которого сваливают неудачи по части государственного управления и периодически меняют для того, чтобы народ не скучал и не говорил, глядя в экран телевизора: «Уйди! Надоел!»
Тех, кто реально правит в этом мире, никто никогда не выбирает. Известна и шутка на сей счет: «Если бы выборы что-то значили, их бы никогда не было». Цинично, но факт.
Монарх, являющийся таковым в силу рождения, и есть самая главная персона в Англии, ибо концентрирует в себе всю власть и контролирует все элитные связи и информационные потоки особой важности. Лишь он получает всю полноту сверхсекретной информации и по своему усмотрению определяет, кого и с каким документом ознакомить. Или не знакомить. В том числе и премьер-министра. А премьер-министр – всего лишь человек на окладе, «представитель от народа», и знать ему положено лишь то, с чем знакомит его монарх.
Одним словом, культ выборов – дело исключительно идеологическое, а не продиктованное существом жизни, если, конечно, речь не идёт о выборах на самом низовом уровне, когда все знают друг друга в лицо и по конкретным делам.
Поклонение сему культу у нас стало модным в эпоху «перестройки», когда казалось, что стоит только избрать «того, кого надо», как жизнь моментально наладится. И жизнь посмеялась над нами. К тому же, тотчас выяснилось, что выбрать «того, кого надо» – весьма проблематично. В том числе и при социализме, пусть даже агонизирующем. Для выборов потребны деньги, деньги и ещё раз деньги. А уж от «всенародного любимца» Ельцина не удалось избавиться даже с помощью выборов.
И вот, что интересно: лозунг «Даёшь честные выборы!» выбрасывается тогда, когда правит нами не тот, кто нам нравится. А если тот, кто всё же нравится, то голосов в пользу новых честных выборов не слышно. Всех всё по большей части устраивает.
Возьмём, к примеру, нынешних «красных», поклонников товарища Сталина и спросим себя: «Согласились ли бы они ходить на честные выборы на альтернативной основе с риском того, что товарища Сталина на выборах прокатят?» Стали ли бы они умирать за формально-демократический институт выборов на альтернативной основе, скажем, в период коллективизации, индустриализации и т.п.? Или решили бы, что товарища Сталина нужно сохранить во что бы то ни стало? И пусть он правит столько, сколько сможет. Желательно, вечно.
Не то сейчас. Подавай нам «честные выборы»!
Рождение мифа о благотворности периодических выборов – из той же эпохи Просвещения. В основе такой «нормативной идеи» два соображения – защита системы от тирана и защита системы от дурака.
Как мы уже могли убедиться, периодические выборы ни от первого, ни от второго не защищают. Напротив, как показали события прошлого века в Испании, свержение монархии и последовавшие затем выборы привели к гражданской войне. Пришлось систему реформировать в «корпоративное государство», выборы в котором (в Италии, в Испании, в Португалии) играли отнюдь не самую главную роль. А в Германии и подавно.
Причём, не похоже было, чтобы фюрера кто-то активно пытался сместить со всех его постов. А вот то, что он был в известный период и до известных пределов ведомой фигурой, которую разыгрывали вслепую некие «дяди» – факт. С кайзером Вильгельмом такой номер не прошёл бы. Он сам разыгрывал, кого требовалось, вслепую, потому что никто его власть не оспаривал и оспаривать не мог по определению.
Постулат о благотворности периодических выборов имеют в своей основе идею, согласно которой в мире всё совершается в соответствии с некими повторяющимися и неизменными механическими законами, и потому, если правильно сконструировать общественно-политическую систему, то она будет воспроизводить себя в лучшем виде сама. Тут явно прослеживается аналогия с идеей «невидимой руки рынка, приводящей всё в гармонию».
Наивность этой идеи показал ещё в начале позапрошлого века Жозеф де Местр, который написал глубокое сочинение о великой французской смуте. «Не будет автоматически никакой интеграции, никакого общественного благоденствия!» - заключил француз, потому что жизнь есть мало того, что Промысел Божий, но еще и творческий процесс, требующий от людей творчества и не терпящий шаблонов.
Недаром же говорят в народе: «От добра добра не ищут». Особенно в пору, когда на носу война.
И случайно ли, что президенты бывших союзных республик изо всех сил продлевают себе президентские полномочия? Да что там Средняя Азия! Взгляните на Китай. Вот уже и император Си тут как тут. Осталось лишь формально провозгласить его таковым и на трон усадить, а КНР переименовать в Срединную Империю. А партия там – да, коммунистическая. Как бы. Хотя кто знает, что это за зверь такой – «коммунизм».
Уместно напомнить, что, в отличие европейцев, китайцы всегда опасались перемен и исходили из того, что дальше будет только хуже. Так что радуйся тому, что есть. Это в Европе «прогресс» и вся культура заточена на сумасшедшую идею о том, что «завтра будет лучше, чем сегодня». С чего бы это, позвольте полюбопытствовать?
Нет, выборы, конечно, не всегда вредны, но и гарантий никому никаких не дают. Ибо история и её конец, видевшийся Фрэнсису Фукуяме в торжестве либерализма – в руках  Божьих, а не в легкомысленных построениях тех, кто даже молотка в руках не держал.