Пятница, марта 22, 2019

Давным-давно Николай Васильевич Гоголь рассказывал читателям «Сорочинской ярмарки» про чёрта, который проворовался и, чтобы поправить свои финансовые дела, продал хохлам красную свитку.
Ныне и канун Рождества тот же, и черти куролесят по-прежнему.
Бывший президент хутора Ющенко ковыряет подсвечником в носу, недо-бывший президент хутора Порошенко неистово крутит чётки от комплекта кагора «Монастырский», - видимо, в надежде, что ещё не вся бутылка опустела…

Кубив вместо крестного знамения хватает себя за чресла; Парубий радостно тыкает дланью во всех, до кого может дотянуться; пипиканье гаджетов заглушает звон кадила; все вертятся, смеются, поздравляют друг друга со слава-украиной; бывший митрополит хутора счастливо снимает это всё из алтаря на смартфон, не отвлекаясь на чтение Служебника, и тут же обсуждает увиденное с омофорными  коллегами по куролесу…
В общем, первый в истории ПЦУ Евхаристический канон прошёл с огоньком.
Правда, большая часть жаждущих автокефалии свидетельствовала о томосе исключительно снаружи. В храме свободного места было полно, но выслушивать стоя безостановочное четырехчасовое гудение бормашины – это особо изысканная пытка, которую никто не будет претерпевать без глубокой мотивации.   
Но даже перо великого классика не смогло бы передать выражение лика Варфоломея, мотивированного, судя по всему, глубже всех. Ибо сиял он всей гаммой приличных по такому случаю эмоций – от стоического принятия неизбежного до полного отчаяния.  
Его можно понять. Близких контактов с благодатью у него ещё не было, а рассказы экзархов никак не могли подготовить его к безжалостной, но красочной действительности.
В его добрых старческих очах так и читалась мысль: «Если б знал, взял бы конфет в два раза больше…»
Но даже так он продешевил бы, поскольку ряды синепузых галстуков, сидящих на месте святе, по платёжеспособности не отставали от самой авторитетной сходки «бетонных тазиков» в Днепре. Уж что-что, а материальные ценности киевский патриархат собирать умеет – нищебродов там нет. А значит, и тарифы можно к ним применять взрослые. Но известный всему миру бессребреник и ныне не скуп, и только после совместной литургии начал осознавать – насколько. Шок от внезапного осознания своего лютого бессребреничества был преобладающей эмоцией в той неописуемой гамме. Ибо самая большая ошибка Варфоломея в том, что он думал, что это Епифанию дали томос.
Нет, это Варфоломею с Епифанием дали томос. И чудеса на стройке или несчастные случаи – это как посмотреть –  только начинаются...

Все заметки:

Яндекс.Метрика