Из краткого курса истории сибирского сепаратизма (Часть 1)

В ноябре 1938 года во внутренней тюрьме НКВД скончался маршал Советского Союза Василий Константинович Блюхер.
Сегодня официально считается, что Блюхер пал жертвой незаконных сталинских репрессий. Но даже самое поверхностное изучение его дела заставляет сомневаться в невиновности маршала. Потому что непосредственной причиной его ареста стали неудачные бои с японцами у озера Хасан, в ходе которых вверенные Блюхеру войска Дальневосточного военного округа понесли неоправданно большие потери.

Герой гражданской войны Блюхер давно деградировал как военный человек, - несмотря на бодрые отчёты, которые он регулярно посылал в Москву. Войска округа, по сути, были предоставлены сами себе. Служба красноармейцев проходила главным образом на всевозможных гражданских стройках и колхозных полях, куда бойцов сгоняли как дешёвую рабочую силу. Пехотинцы не умели стрелять, танкисты слабо знали свои машины, а лётчики изучали самолёты в теории без практических вылетов.  
Это происходило на очень тревожной дальневосточной границе, которая в любой момент могла превратиться в настоящую линию фронта.  
В июне 1938 года к японцам бежал начальник Дальневосточного управления НКВД Генрих Люшков, прихвативший с собой секретные документы. После этого японцы решили проверить нашу боеготовность. В последних числах июля несколько батальонов императорской армии захватили две спорные приграничные сопки у озера Хасан. Москва отдала Блюхеру приказ дать японцам жёсткий отпор.
Но маршал повёл себя очень странно. Он неожиданно стал доказывать, что в конфликте виноваты… наши пограничники, якобы самовольно занявшие спорные сопки, которые надо отдать врагу.
Позднее, в специальном приказе народного комиссара обороны Климента Ворошилова от 4 сентября 1938 года было сказано: «Даже после получения указания...  о точном выполнении решений Советского правительства и приказов Наркома т.Блюхер не меняет своей пораженческой позиции и по-прежнему саботирует организацию вооружённого отпора японцам…»
Дело дошло до того, что 1 августа в разговоре по прямому проводу Сталин прямо спросил маршала: «Скажите, товарищ  Блюхер, честно, есть ли у вас желание по-настоящему воевать с японцами? Если нет у вас такого желания, скажите прямо, как подобает коммунисту, а если есть желание, я бы считал, что вам следовало бы выехать на место немедля…».
Только после этого разговора  Блюхер наконец начал выдвигать в район конфликта войска. И сразу наружу выползли плачевные итоги всей блюхеровской деятельности. Вот что пишет историк Игорь Пыхалов:
«Советские войска выступили к границе совершенно не готовыми. Ряд артиллерийских батарей оказались в зоне боевых действий без снарядов, запасные стволы к пулемётам заранее не были подогнаны, винтовки выдавались не пристрелянными, а многие бойцы прибыли вовсе без винтовок, с деревянными гранатами. У командиров не оказалось карт района конфликта. Все рода войск оказались абсолютно не способными маневрировать…»
В общем, хоть спорные сопки и удалось в конце концов отбить, наши потери были страшные – тысяча убитых и почти четыре тысячи раненых. Не удивительно, что у Москвы возникли сильные подозрения насчёт Блюхера. Поначалу его отстранили от должности, а потом последовал и арест...
Самая распространённая на сегодня версия, которая объясняла столь странное поведение маршала – это сугубо личные качества самого Блюхера. Он фактически превратился в эдакого царька очень удалённого от Москвы региона. От бесконтрольности и безнаказанности у него, что называется, «голову снесло». Деградация как личности проявлялась не только в том, что он забросил службу, но и в том, что всё свободное время Блюхер проводил с пьяными компаниями прихлебателей из числа военных и партийных деятелей Дальнего Востока. В 1932 году маршал развёлся со своей очередной, - то ли второй, то ли третьей, - женой, и женился на семнадцатилетней девице... Так что не до командования округом ему было.
Однако всё не так просто.
С середины 1930-х в центральный аппарат НКВД стали поступать агентурные сообщения о планах Блюхера... отделить  Дальний Восток  от Советского Союза, чтобы стать полновластным правителем региона.
Кто-то скажет, что это клевета. Но как тогда объяснить сообщение знаменитого разведчика Рихарда Зорге («Рамзая») от 14 декабря 1937 года, извещавшего  Москву о следующих политических целях  японцев: «Ведутся серьёзные разговоры о том, что есть основания рассчитывать на сепаратистские настроения маршала Блюхера, а потому в результате первого решительного удара можно будет достигнуть с ним мира на благоприятных для Японии условиях…»
А в 2015 году вышла книга американского историка Никиты Моравского о его отце Валериане Моравском, известном деятеле сибирского областничества времен революции и гражданской войны.
Областничество – политическое течение сибирской интеллигенции, которое с конца XIX века выступало за максимальную автономию Сибири от Центральной России. Во время гражданской войны, летом 1918-го, областникам на короткое время удалось даже взять власть в регионе, образовав Временное сибирское правительство. Но осенью того же года его ликвидировал адмирал Колчак, выступавший за единую и неделимую Россию. Областники перешли в оппозицию Колчаку и какое-то время пытались вернуться в политику, действуя внутри всевозможных антисоветских «правительств», которые в те годы в большом числе водились на Дальнем Востоке.