Воскресенье, марта 24, 2019

Комсомол впал в кому ещё в 1960-е…

В конце октября меня совершенно неожиданно поздравили с праздником.
Первая мысль была о том, что я упустил из виду какой-то православный праздник, но в ту же секунду эту мысль я отверг: поздравлял меня убежденный атеист. И поздравлял со столетием комсомола.
Вот уж никак не ожидал от матёрого профессионала-юриста такой политической сознательности.
- Великий праздник! - сказал он мне без тени иронии.
Я поздравил его в ответ. И тут же вспомнил, как меня принимали, да так и не приняли в комсомол.

Дело это было, разумеется, в школе, в середине 1960-х.
Одноклассники меня тогда поддержали, несмотря на противодействие нашего классного руководителя Анны Иосифовны Мучник – племянницы директора школы Семёна Исааковича Эльберта, имевшего, по преданию, передаваемому нам учителями, комсомольский билет №2 и стоявшего у истоков сей кузницы политических кадров и современного олигархата.
На каждый довод моего классного руководителя у моих одноклассников находился контрдовод, в результате чего в ходе открытого голосования я прошел первую стадию. Предстояло пройти еще одну – что-то типа совета отрядов всей школы, эдакого «мини-политбюро».
Думаю, что невзлюбила меня Анна Иосифовна за дело. Однажды она пришла в класс и заговорила заговорщическим тоном:
- А давайте-ка, ребята, выберем нашего с вами любимого комсомольского поэта!»
После этого она предложила кандидатуру Павла Когана.
Надо сказать, что половина класса уже состояла в комсомоле, а половина ждала наступления уставного возраста.
И тут, вопреки жёстким наставлениям моей бабушки держать язык за зубами, я спросил:
- А что он написал? Как мы можем избирать любимым поэтом того, кого не знаем?
Никто в классе и впрямь не знал никакого Павла Когана, хотя единоплеменников оного была добрая половина класса.
Твёрдо усвоив от родителей, что отвергая, нужно что-то и предлагать (хотя они тоже требовали от меня держать язык за зубами), я предложил кандидатуру Сергея Есенина, которого обожал мой дедушка или, по крайней мере, скандалиста Евгения Евтушенко (в ту пору его уже лицемерно критиковали).
Задним число понимаю, что я предложил две почти противоположные по отношению к комсомолу персоны – Есенина, желавшего «задрав штаны, бежать за комсомолом», и Евтушенко, не желавшего это делать. Впрочем, и он оговаривался: «Мой комсомол, за кем бежать хочу, вы – Пушкин, Маяковский и Есенин!»
Меня поддержали, и кандидатура Когана была снята с повестки дня, вместе с идеей выбора «любимого классом комсомольского поэта».
Теперь-то я догадываюсь, что после провала начальственной кандидатуры Анна Иосифовна получила втык от начальства за неумение работать с детьми и бороться с их деструктивными анархистскими завихрениями.
На школьном «мини-политбюро» девица Мучник (она была не замужем) выступила с горячей речью и привела все аргументы, которые приводила на классном собрании. О прочих выступлениях, не ложившихся в её картину мира, она благоразумно умолчала и была единственной, кто выступил на том заседании.
В «мини-политбюро» были в основном мои не то, чтобы друзья, но хорошие знакомцы и даже приятели, за исключением председателя «мини-политбюро» – дочери секретаря директора школы, с которой я не ссорился и не водил знакомства, ибо она не отвечала моему идеалу женской красоты.
Девочка поставила вопрос на голосование. И тут я понял, что такое «административный ресурс». Все, как один, проголосовали против моего приёма в «клуб элитариев». Даже мои приятели. Отдадим должное их принципиальности: «Ничего личного». В конце концов, никто из них не желал иметь неприятности в виде занижения оценок и всего прочего.
В общем, в комсомол меня не приняли, а примут ли вообще, было неясно. Возможно, от меня требовалось покаяние.
Для меня это событие стало очень болезненным. Что я должен был говорить своим родителям? Для них это был удар. Даже для моего отца, прошедшего Финскую и Великую Отечественную… Дело усугублялось ещё и тем, что без членства в комсомоле, как носилось в тогдашнем воздухе, поступление в ряд вузов было невозможно. В МИМО (эта аббревиатура применялась в то время) так по определению. Одним из непременных официальных условий стояло членство в ВЛКСМ. Кажется, нечто подобное было и в Физтехе. Насчет МГУ утверждать не берусь...
И вставал перед глазами образ сурового начальника: «Чего это тебя в комсомол не приняли, если туда всех принимают? Ты что, злостный хулиган, антисоветчик?»
В общем, из школы той я ушел, да и учиться в ней после всего произошедшего было противно. Но перед моим уходом на люстре в своем кабинете повесился комсомолец №2 Семён Исаакович Эльберт. Как говорили знающие пацаны, родители которых имели знакомства в РОНО, в своей предсмертной записке причиной ухода из жизни директор назвал прогрессирующий в обществе антисемитизм (впрочем, он всегда производил впечатление психически нездорового человека).
В комсомол я, разумеется, вступил. Но уже в другой школе. Когда комсорг класса красавица Вика узнала, что я не комсомолец, она ахнула: «Как так?!»
И мне пришлось врать, что я долго болел, а потому пропустил сроки собеседований и утверждения в райкоме комсомола.
И вот, в конце октября 2018-го меня, наконец, поздравили с праздником…

P.S. Не надо сегодня горевать по комсомолу. Он появился в то время и в той ситуации, когда это было нужно. Но время и ситуация изменились, и он умер естественной смертью, вместе с партийными догматами, которые руководство КПСС оказалось не способно перевести в «новый режим».
Горевать надо не по комсомолу, а по отсутствию мысли, идеологи и живого политического процесса.
Сегодняшняя «Единая Россия», в сущности, ничем не отличается от поздней КПСС. Во главе угла всё те же «ценности» – карьера, деньги и сытость. А чтобы предложить молодёжи что-либо новое и дельное, нужны совсем другие качества, коими «партия власти» похвастаться не может. От рождения либеральная «Единая Россия» предпочитает жить в гайдаровской парадигме: «Деньги – наша идеология».
Так что не стоит по комсомолу лицемерно горевать, таким «горем» делу не поможешь…

Новости дня

Уступив бельгийцам, сборная России отыгралась на казахах

В рамках отборочного турнира к чемпионату Европы 2020 года российские футболисты разгромили со счетом 4:0 сборную Казахстана на заполненной под завязку «Астана-Арене» в Нур-Султане, который до минувшей среды назывался Астаной. Хозяевам не помогло ни спешное переименование столицы, ни поддержка зрителей, ни призывы диктора: «Алга, Казахстан!» («Вперёд, Казахстан!»).

Подробнее...
Фёдора Конюхова штормит, но он держится

Один из самых известных путешественников в мире Федор Конюхов попал в сильнейший шторм у берегов Южной Америки. Он совершает кругосветное плавание на вёсельной лодке «АКРОС».
Шторм настолько сильный и опасный, что Конюхов вынужден лежать, надёжно пристегнувшись.

Подробнее...
Медведев, Медведчук и Бойко: встреча в стиле Горбачёва

Встреча Дмитрия Медведева с кандидатами в президенты Украины Юрием Бойко и Виктором Медведчуком вызвала немало вопросов и сомнений по обе стороны российско-украинской границы.
Реакция украинской стороны была предсказуема. СБУ немедленно занялась «расследованием» обстоятельств визита политиков в страну-«агрессор»...
В России другая тема. У многих создалось впечатление дежавю: российский премьер вдруг озаботился «братской» помощью Украине.

Подробнее...
Юрий Лужков подтвердил «пьяные выплаты» Ельцина для Украины

Бывший мэр Москвы Юрий Лужков поддержал инициативу потребовать от Украины компенсацию за ущерб, нанесенный Крыму за время нахождения полуострова в составе «незалежной».
К примеру, по словам Лужкова, киев незаконно требовал оплаты за размещение в Севастополе кораблей российского Черноморского флота.
- Россия ... по пьяни ельцинской, ежегодно сто миллионов долларов отдавала Украине за право размещения в Севастополе нашего флота, - сказал Лужков.

Подробнее...

Заметки народного политолога

Роман участкового Ёлкина

Сижу я дома и соображаю, как нашу жизнь обустроить, чтобы народ не скорбел, а ко мне участковый Ёлкин заявляется и пухлую папку показывает:
- На вот, прочти, мин херц, и скажи, что ты по этому поводу думаешь.
- У меня допуск к секретным материалам давно просрочен, - отвечаю не то в шутку, не то всерьёз.
- А это не частное расследование, - отвечает он, -  а нравоучительный роман с элементами сюрреализма и постмодернизма.
Ёкнуло у меня сердце: «Опять, небось, какую-нибудь метафизику нравов изобразил, после которой небо в очинку кажется, а ноги сами в сельпо приводят».
- Ладно, - говорю, - оставь, посмотрю.
И стал я рукопись читать...

Подробнее...
Яндекс.Метрика